Профессия "жестянщик": почему сегодня здесь ценятся смекалка и фантазия

Когда-то Глеб Гаврилов гнался за легкими деньгами, но однажды понял, что именно освоение специальности, связанной с "ручной работой", прокормит и его, и семью. Жестянщик - профессия тяжелая, однако результат труда вдохновляет двигаться дальше. О том, как изменился кузовной ремонт за 15 лет, что в этом деле для него самое сложное, и почему творческий подход в наше время решает все, Глеб рассказал "Кузов Эксперту".

– Расскажите, как пришли в профессию.

– Я шел долгим и тернистым путем. К своим 24-м годам попробовал уже много чего, потому что рано начал работать. Хотя поначалу мало что умел делать руками, но было сильное делание научиться. В начале 2010-х популярными направлениями были "экономика" и "юриспруденция", но у меня появилась тяга освоить более прикладную профессию.

Присматривался к кузовноме делу, и как раз объявили набор на обучение в компанию "Автоград". Это было 15 лет назад. Я прошел собеседование, затем около трех месяцев изучал теорию, потом началась практика. Специальность осваивал постепенно, в принципе это довольно творческая профессия, практически каждый день узнаешь что-то новое. Работать остался в "Автограде", примерно через год уже обходился без помощи наставников.

– Непосредственно государственного обучения на жестянщиков у нас ведь нет?

– Специального образования не было как раньше, так и сейчас. Диплома не получить. Где-то года через два после моего трудоустройства начали развивать направление в некоторых колледжах. К нам даже приходили преподаватели оттуда, пытались понять, как все устроено на производстве. Общались с нами и технологами.

Но пока это все-таки больше как факультатив. Хотя рынок давно требует квалифицированных специалистов. В нашей компании процесс был организован грамотно, мы каждый год сдавали переаттестацию, которая включала экзамен – порядка 100 вопросов.

– Как трансформировалась профессия за 15 лет?

– Вообще, ситуация за это время сильно изменилась. В начале 2010-х это был в основном рынок новых автомобилей и запчастей, наша компания много работала с КАСКО. Сейчас превалируют подержанные авто, наблюдается дефицит запчастей. Если раньше многие автовладельцы после истечения срока гарантии меняли машину, то сегодня такого нет.

Наша работа в связи с этим тоже поменялась, можно сказать, что стало сложнее. Приходится заниматься более трудоемкими ремонтами, восстановлением запчастей. Раньше мы сами не изготавливали детали, а нынче это уже стандартная практика. Пороги, боковины, внутренние элементы – нередко все это делаем на месте. 15 лет назад нам приносили новые детали, и мы их просто приваривали. Сейчас говорят: боковины нет, вот тебе кусок металла, думай, как превратить его в нужный элемент. Приходится включать смекалку, фантазию.

Вот реальный пример: на пикапе сгнил кузов, в продаже его нет. Два месяца мучений – и машина восстановлена, клиент доволен (улыбается). В общем головой жестянщику сегодня приходится работать больше. Иногда даже изготавливаем инструменты, чтобы, допустим, вытянуть металл. Но при этом надо соблюдать требования заводов-изготовителей, мы же не можем полностью уйти в "кулибинство". Балансируем...

К слову, некоторые жестянщики не смогли перестроиться, восстановить деталь способен далеко не каждый. Кто-то из коллег просто отказывается от подобного ремонта.

Один из "проектов", которым занимался Глеб вместе с мастерами "Автограда": восстановление кузова Land Cruiser 200 

– Что самое сложное в вашей работе?

– Терпение. Иногда перед очередным сложным ремонтом думаешь: ну все, последняя машина, пора заканчивать с этим делом. Были мысли уйти из сферы, но потом пересилишь себя, посмотришь на результат – и появляется удовлетворение. Все-таки это мое.

– За что больше всего любите свою работу?

– Как раз за результат. Профессия полезная и нужная, как ни крути, а автомобиль сегодня – незаменимая вещь для современного человека.

– Можете привести пару примеров самых сложных работ?

– Из последнего: недавно занимались "маршруткой" с рваными боковинами. Восстанавливали прямо на месте, в том числе и внутренние элементы. Или у "Форда Транзит" ушла задняя стойка, от боковины осталась "жевачка", все вытягивали и скрупулезно реставрировали. Сейчас с фордовскими запчастями проблема в связи с санкциями, поэтому опять же пришлось подходить к делу творчески.

– Какие сегодня есть варианты повышения квалификации?

– В принципе внутри коллектива обмениваемся какими-то лайфхаками. Даже мой наставник, еще советской закалки, говорил: "Самые интересные фишки ты подглядишь только у мастера, который работает рядом с тобой". Поэтому главный источник знаний – наблюдение за коллегами, общение с ними.

Да, иной раз что-то посмотришь в интернете, но там, во-первых, много воды, во-вторых, неправильных методик. То есть, эту информацию нужно фильтровать. Иногда приезжают технологи от наших поставщиков, когда появляются новые линейки продуктов или оборудования. Но сейчас это редкость, потому что в основном поставки того же оборудования раньше были из европейских стран, которые в данное время стали недружественными.

– Приходится ли уже передавать свой опыт, учить новичков?

– Да, у нас бывают студенты из колледжей, ребята проходят практику, также появляются новые специалисты.

– Вроде молодежь не очень охотно сейчас идет в кузовной ремонт?

– Да, можно сказать, что в целом рынок автобизнеса просел. Желающих идти сюда работать не так много. Наверное, зря, я считаю, что тот же жестянщик – профессия, освоив которую, ты всегда сможешь заработать на жизнь. Хороший специалист будет востребован в любое время. Я тоже когда-то гнался за легкими деньгами, но понял, что профессионализм дорогого стоит. Возможно, в более легкой специальности, будучи продавцом или доставщиком, в моменте ты сможешь заработать больше. Но к тебе же не придет в какой-то момент человек и не скажет: "Слушай, я знаю, что ты классный курьер, привези мне, пожалуйста, овощей сегодня..." Это абсурд (смеется). А ко мне такие люди придут. Вот в чем ценность профессии.

– Насколько у жестянщиков присутствует фактор вредности?

– Есть такое дело. Например, пары газа, дым во время сварки. Плюс мы пользуемся кислотами, грунтами, шпатлевкой. Работа не самая полезная. Главное – не забывать о средствах индивидуальной защиты.

– А своим детям порекомендовали бы осваивать профессию?

– Всегда, думаю, хочется передавать опыт детям. Моему сыну пока 5 месяцев, поэтому у него все впереди (улыбается). В любом случае, я обучу его азам: работе с болгаркой, сваркой, инструментами. А дальше настаивать не буду, пусть выбирает сам.